«В начале января приехал опять в Москву Николай Николаевич Ге и упросил Льва Николаевича позволить писать его портрет. Позированья Ге не требовал, а устроившись наверху, в маленьком кабинете Льва Николаевича, прямо против его письменного стола, Ге писал его во время его письменных занятий. Работал Ге усердно и с любовью; помню, как изменялось его лицо при работе: делалось серьезное, напряженное, сосредоточенное выражение глаз и, по-видимому, забвение всего остального мира» (Толстая С. А. Моя жизнь. 1884 г. Ч. IV).