Новый проект Музея Льва Толстого на Пречистенке — литературного музея, который работает без выходных и, в отличие от многих, даже по понедельникам. Это хранилище смыслов того мирового события, которым является творчество графа Толстого. Первый день рабочей недели — ее начало, ее первая чистая страница — каждые три недели будет открываться фразами, мыслями, ритмом Толстого.
Первый понедельник — это медленное чтение одного из текстов писателя. Что означает читать Толстого сегодня? Второй понедельник — школа молодых критиков, разбор теорий критики на основе текстов Толстого. Что означает актуально писать о Толстом сегодня? И третий понедельник – встреча с различными ко-спикерами, представителям разных гуманитарных специальностей, экспертами и звездами. Что означает говорить о Толстом сегодня? Интеллектуальная биография великого человека продолжается уже за стенами музея – в городе и в «головах» людей.
Проект ведет писатель, переводчик, литературовед, к.ф.н. старший научный сотрудник музея Ксения Голубович.
Приглашаем всех желающих принять участие! Школа критики – отдельная запись.
Начало проекта – 1 ноября. Первая встреча пройдет в гостях у воскресного лектория «Чего хочет от меня эта музыка?». Вместе с Ксенией Голубович и профессиональными музыкантами мы поговорим о «Крейцеровой сонате» Льва Николаевича Толстого, послушаем произведение Бетховена и посетим новую выставку музея, посвященную взаимоотношениям писателя с Антоном Рубинштейном.
Толстой был не просто музыкален: он сам любил, исполнял и сочинял музыку, а его произведения – это музыка, заговорившая словами. Музыка для Толстого – это слышимая этика, при которой люди живут не по закону, а «на слух». Что расслышал Толстой в «Крейцеровой сонате» Бетховена, написанной в 1803 году, исполненной на домашнем инструменте молодыми людьми, что затем проговорило себя на страницах его произведения – как рассказ об убийстве жены мужем. Не было ли это произведение, созданное на рубеже веков (1887-1889), еще и требованием новой формы, новых правил искусства, вытекающих из критики классической музыки, который он сам так любил, которые нашли такое яркое выражение в трактате «Что такое искусство?», написанном десять лет спустя?
2 ноября. Понедельник первый. «Толстой и Гомер: почему „Война и мир“ – эпос?»
Встреча с филологом-классиком, переводчиком с английского, немецкого и латинского языков, кандидатом филологически наук Любовью Борисовной Сумм.
Лев Николаевич несколько раз указывал «Илиаду» и «Одиссею» в списках главных для себя книг. Более того, в зрелые годы он взялся за изучение древнегреческого именно ради Гомера и с восторгом сообщал о процессе чтения. Где мы можем увидеть влияние первого эпического поэта в романах-эпосах? В описании сражений или в развернутых образах природы (дуб князя Андрея)? В представлениях об истории и судьбе? В умении переходить от героя к герою, не сводя сюжет к движению единственного главного персонажа? В именах персонажей? Это не только явная Елена-Элен, но, возможно, Андрей, Николай и даже Пьер.
9 ноября. Понедельник второй. Школа критики.
Читаем теорию и разбираем подходы.
Марсель Пруст – великий читатель Толстого. Его книга «Против Сент-Бёва» (1908-1909) заложила новое течение в современной ему критике, где опора сдвигается с биографии автора, объяснений текста через автора, на само произведение. Метод Шарля-Огюстена Сент-Бёва, однако, обладает и своим мощным потенциалом. Автор или текст? Начнем разбор подходов.
16 ноября. Понедельник третий.
«Анна Каренина» – суицидологический этюд. Повлиял ли Лев Толстой на знаменитый труд Эмиля Дюркгейма?
Первый цикл понедельников завершается встречей с Ксенией Чистопольской, кандидатом психологических наук, клиническим психологом-суицидологом.
«Анна Каренина» – роман о женщине-самоубийце. Насколько точен Толстой в описании симптомов, насколько глубоко он вникает в действительную ткань самоубийства? И единственный ли герой у него подходит к этой черте?
Все помнят, что в романе рассказана история Анны, совершившей самоубийство. Но в романе есть еще два человека, раздумывающих о смерти: Вронский и Левин. Как все они укладываются в современные теории суицидального поведения? И есть ли связь между романом Льва Толстого и современной ему типологией суицида Эмиля Дюркгейма, заложившей основы социологии и суицидологии? Ответ подскажем заранее – Толстой абсолютно точен.
23 ноября. Понедельник первый. Начало второго цикла проекта «Понедельник начинается с Толстого».
Лекция Ксении Голубович «Смерть Ивана Ильича» – читаем как реквием».
Это 75-страничное произведение входит в самые верхние строчки любого топ-листа мировой литературы. Абсолютный шедевр. 12 главок этого шествия к смерти – практически толстовские «страсти», почти библейского уровня текст о смерти Человека. Таинственном и важнейшем событии. Труде этого события, сходном с родами.
Как мы можем прочесть это произведение сегодня? Чего добивается Толстой и почему его понятие о смерти становится вровень с его важнейшим понятием, формулой цивилизации «Все люди – братья»?